Форум » Сцена и Омут памяти » Омут памяти спектакля «Искатель». » Ответить

Омут памяти спектакля «Искатель».

Театр:

Ответов - 31, стр: 1 2 All

Хьюго Фосетт: Пока Хьюго сидел, прислонившись к колонне из кирпича, обхватив обеими руками чемодан, что-то неуловимо изменилось вокруг. Часы пробили одиннадцать. А затем на платформе разом наступила тишина. Или он перестал их слышать? Лицо мужчины, перекошенное яростью, возникло совсем рядом, и Хьюго едва успел увернуться от… от чего, он не понял, видел только ослепительно-зелёную вспышку. Но то, что это было очень опасно, догадался бы и круглый дурак. Мальчик рванулся в сторону, едва избежав цепких рук второго мужчины, и снова кинулся бежать. На ходу он врезался в пожилого туриста в изумрудно-зелёном халате, да так, что сбил его с ног, а сам едва не врезался в барьер между платформами. Тут всё смешалось: вот Хьюго летит на лысеющего дядьку, вот кирпичная стена летит навстречу Хьюго… Но, открыв вновь глаза, мальчик обнаружил, что оказался на совершенно незнакомой платформе. Не дожидаясь, пока его вновь настигнут, мальчик прорвался сквозь толпу провожающих к уже начавшему движение чёрно-алому поезду. Хьюго на ходу забросил в двери последнего вагона чемодан, сам запрыгнул на подножку и, обессиленный, ввалился в вагон.

Лолита: Лолита попыталась прорваться к Хогвартс-Экспрессу сквозь толпу провожающих, но тщетно: никого не пускали и близко к поезду. Наконец паровоз оглушительно свистнул и тронулся с места. Лолита в бессильной ярости наблюдала за тем, как гигантская змея поезда, выпуская клубы дыма, уползает прочь из вокзала. Однако стоило ей на мгновение отвернуться, как мимо неё пронеслась какая-то шустрая тень. С изумлением Лолита узнала в ней того самого мальчишку, да ещё и с чемоданом в руке! Запрыгнув на ходу в последний вагон, мальчик исчез из виду. Женщина от досады топнула ногой и совсем по-звериному оскалила зубы. Но было поздно, слишком поздно.

Театр: Хогвартс-Экспресс, как и многие годы прежде, мчался на север в сторону школы чародейства и волшебства. Вагоны были полны школьников всех возрастов. Никто не обращал особого внимания на еще одного мальчика в маггловской одежде.


Хьюго Фосетт: – Пронесло, вроде, – выдохнул Хьюго, вспоминая, как женщина, которая напала на Питера, с перекошенным от ярости лицом провожала уходящий поезд. Теперь и она, и другие люди на платформе уже скрылись из виду. Мальчик вытер пот со лба и осмотрелся по сторонам. Он ни разу ещё не был в поездах, всё больше околачивался вокруг, но подозревал, что этот – не совсем обычный. Билета у Хьюго не было, и он не горел желанием общаться с проводниками, но, похоже, его здесь приняли за одного из пассажиров. Пассажиры во множестве сновали по вагону, и ни одного взрослого среди них не было видно. Убедившись, что никто не собирается выдворять его из поезда, Хьюго занял пустое купе и просидел там довольно долго, прислушиваясь к голосам снаружи. Говорили о всякой всячине, и чаще других мальчик слышал три уже знакомых слова – «волшебники», «магглы», «Хогвартс». – Поезд в школу магии, – произнёс вслух мальчик и нервно рассмеялся. – Ничего себе переделка! Услышав за стенкой странные звуки, мальчик вскочил. До этого момента в соседнем купе было тихо, и непохоже было, что там едут школьники. «А вдруг он тоже здесь?!» – подумал Хьюго с надеждой. – «Вдруг его забрали, пока я убегал?!» Вне себя от радости, Хьюго схватил чемодан и, выскочив из купе, осторожно открыл соседнюю дверь.

Питер: Питер открыл глаза и понял, что лежит на сиденье в полутёмном пустом купе. Значит, он в поезде. И значит, что уже поздно. Рана на животе болела, но была перевязана. Кто это сделал? Питер весьма смутно помнил. Так же как и того, кто принёс его сюда... Питер, конечно, знал, что люди из Хогвартса должны были встретить его и проводить в поезд, он всё распланировал, но всё получилось совершенно иначе. «Прибор погиб!» – радостно, но в то же время и печально-тихо звучало в голове мужчины. – «Я сделал это. Восстановить уже не получится. Да я и сам не хотел бы этого делать, слишком хорошо помню мучительные интервью, Лолиту, мальчика- маггла... Кстати, узнать бы, что с ним случилось, умер, наверное...» От последней мысли Питера передёрнуло от собственной безжалостности. «Но это был единственный способ, чтобы меня не схватили...» – промямлил он в ответ на укол совести, зная, что так и не сможет оправдаться. Вдруг послышался шорох, и Питер не на шутку испугался. – Что за чёрт! – тихо выругался он, пытаясь нашарить волшебную палочку. Дверь в купе отворилась, и на пороге купе Питер увидел мальчишку с чемоданом. – Черт возьми, как ты здесь оказался? Я-то думал, тебя и в живых уже нет, а ты... Как же ловко ты меня провел! Прикинулся магглом, а? – прорвало Питера. – Я ведь чары магглоотталкивающие все-таки на себя наложил! Как здорово, все же вышло, что ты волшебник, а то мне пришлось бы худо... Приступ лихорадочного веселья оставил мужчину, и он умолк, тяжело дыша. Остановив задумчивый взгляд на чемодане, Питер с надеждой и горечью спросил – Он ведь разбился, да?

Хьюго Фосетт: Хьюго выслушал волшебника спокойно, лишь в ответ на последний вопрос нахмурился и с сожалением посмотрел на свою ношу. – Да, сэр, – бесцветным тоном проговорил мальчик, присаживаясь на сиденье напротив мужчины. – И я не прикидывался никем. Я вообще не люблю тех, кто воображает о себе невесть что. «Магглорождённые, магглы… что это за звери такие. Раз он меня волшебником назвал, значит, это все, кто не волшебник, – магглы», – размышлял Хьюго. – «Так вот о чём ребята в коридоре толковали!» Хьюго осторожно раскрыл чемодан, запустил в него руку и вытащил наугад одну газету. Раскрыв её на странице со статьёй про гениального волшебника, изобретшего способ находить магов по всему свету, он внимательно поглядел на Питера. – Ничего общего, – мстительно заключил он, сильно ткнув пальцем в живую иллюстрацию. – Ни за что бы не подумал, что вы – знаменитость. Вы ведь специально меня подставили, чтобы сбежать спокойно. Специально бросили чемодан, я всё видел… Но так и не понял, зачем. Проще было этот несчастный прибор просто уничтожить… Зачем вам понадобился я?

Питер: Питер примолк, глядя на паренька, которого ещё недавно обрёк на верную гибель. – Ты не грусти, что он упал и разбился… На самом деле он уже был такой. Я его еще дома разбил, на всякий случай, – признался Питер. – Парень, ты уж прости меня! Я тебя чуть не угробил, да, но другого способа не было. Я сразу, как понял, что «Искатель» нужен всем, и что многие ничего не пожалеют, только чтоб добыть его, решил этот прибор уничтожить. Так ни разу и не попробовал по-настоящему... Ты пойми, если бы я оставил чемодан просто так, кто бы мне поверил?! Решили бы, что спрятал, поймали бы и, кто знает, что сделали… А теперь все хорошо. Теперь нас с тобой уже не достанут, парень. Питер попытался передать хоть частичку своего спокойствия мальчишке, но тот лишь упрямо утыкался в газету. Злиться на него Питер не имел права, скорее даже, это было право мальчика злиться на чуть ли не своего убийцу, предателя, обманщика... «Я – бесчувственная сволочь», – флегматично заключил Питер, бесполезно пытаясь себя убедить в обратном. – «Но мне стыдно перед парнем, да, стыдно!» – сдавшись на суд своей совести, подумал мужчина. – «Если тебе не было бы даже стыдно за чуть ли не убийство, то совсем пропащим человеком ты бы был, Питер. Хотя ты и так порядочный мерзавец!» Совесть окончательно пробудилась и требовала завтрака, да побольше и подольше. И, стоит заметить, Питер даже был этому рад.

Хьюго Фосетт: Хьюго почти не слушал мужчину, он всё листал и листал газеты. «Как известно, рождение всех детей-волшебников с помощью волшебного пера фиксируется в специальной книге. Однако в результате захвата Тёмным Лордом школы волшебства Хогвартс все записи о магглорожденных волшебниках, не успевших достигнуть одиннадцатилетнего возраста, были уничтожены и не подлежат восстановлению. Долгое время магическая общественность считала, что обнаружить их можно лишь по свидетельским показаниям магглов, однако…» Мальчик прикрыл глаза и представил себе, что случится, когда они наконец-то доберутся до этой самой школы магии. Его посадят на этот же поезд и отправят обратно. Он слабо представлял себе, что такое этот мир магии, но те кусочки, которые ему открылись, складывались в удивительную, невероятно притягательную картину, в сравнении с которой мечты об Эльдорадо и джунглях казались глупой и скучной выдумкой. «И после всего этого – вернуться назад?» Мальчик со стыдом подумал о том, каково тем детям, о ком говорилось в статьях. Они ведь даже не знают, что могло бы их ждать, и всё это из-за прихоти этого странного человека. Хьюго взглянул в его осунувшееся лицо и обнаружил на нём виноватое выражение. Но это его не успокоило, а ещё больше разозлило. – Какой же ты подлец, Питер, – со злобой проронил Хьюго, задыхаясь от подступающих слёз. – Жалкий, трусливый негодяй. Всем рассказал, что собираешься малолетних волшебников искать… А теперь – что? Ты сбежал, а что теперь с ними будет?

Питер: Питер смутился, когда мальчик заговорил, но на этот раз вовсе не об опасности, которой его подвергли. – Ну, я хотя и наделал множество глупостей, а всё-таки не такой дурак, как ты решил! Один раз я таки успел «Ищейкой» воспользоваться. Иначе как бы я понял, что прибор работает вообще? Вот, гляди! Морщась от боли, мужчина нырнул рукой в карман мантии и вынул оттуда помятый, заляпанный бурыми, такими же, как и на мантии, пятнами листок с длинным перечнем фамилий и адресов. – Тут они все. Теперь в школу пойдут, – добродушно усмехнулся Питер. – Через пару дней их разыщут, надеюсь. «И все будет хорошо», – мысленно добавил Питер, уже уставший от бесконечных неудач и несчастий, и протянул мальчику листок, стараясь поменьше шевелиться. – Ты, это, поаккуратней с ним, единственный экземпляр ведь! – добавил мужчина, хотя и не сомневался, что мальчик и сам все прекрасно понял.

Хьюго Фосетт: Хьюго ошалело смотрел на листок, не решаясь к нему прикоснуться. Он почему-то совершенно ясно представил себе, что очень скоро он вернётся на этом самом поезде на Кингс-Кросс, а кто-то другой, совершенно ему незнакомый, сядет в поезд и займет его место. А его, Хьюго, вернут обратно, в обычную жизнь, позволив только краешком глаза взглянуть на настоящие чудеса. Пересилив себя, мальчик взял из рук Питера листок, расправил его и стал водить взглядом по строчкам. «А может…», – мелькнула в голове шальная мысль. Но все имена были чужие. И адреса – тоже. Ни одного даже смутно знакомого имени. Не обнаружив ничего интересного на одной стороне листа, Хьюго перевернул бумагу и стал искать дальше – и снова безрезультатно. Что-то в груди у него застыло, и он хотел уже протянуть список обратно своему напарнику, но помедлил. «Фосетт, Хьюго», – с трудом прочел он корявые буквы, кое-как примостившиеся на самом сгибе листа, где бумага совсем истрепалась.

Театр:



полная версия страницы